![](https://www.larisamelihova.com/wp-content/uploads/2021/09/image-2-e1630580319229.png)
Третья причина — тяжёлые события в родовой системе.
Первая мировая война, революция 1917 года, полная разруха и построение государства нового образца, репрессии, голод, Вторая мировая — на территории бывшего Советского Союза мужчины очень часто погибали, становились инвалидами или психически искалеченными.
Выжившим приходилось как-то справляться со своими чувствами. Чаще всего, выходом
был алкоголь. Очень немногим мужчинам удалось прожить и справиться с тяжёлой психической травмой.
Я смотрела очень много генограмм — мужчин практически нет. Как будто родовая система состоит из одних женщин.
И мы уже 4-е поколение, живущее с синдромом отсутствующего отца.
Через папу ребёнок получает опыт безопасности и защищённости. Благодаря папе выращивает в себе внутреннюю опору. Но травмированный отец не может помочь своему ребёнку. Его травма как будто перекрывает канал силы и энергии, идущей по мужской линии.
Когда человек не ощущает себя в безопасности — он всё время борется с разными трудностями. Пытается выжить. Всё время находится в состоянии напряжения. Как будто одну руку освободил — нога увязла. Живёт с чувством неопределённости и неуверенности в себе, невозможностью найти своё место под солнцем.
Такие люди боятся заявлять о себе, проявлять себя, заявлять о стоимости своей работы, отстаивать и обозначать свои границы.
Получается — низкая самооценка и неуверенность в себе прорастают в человеке корнями из двух основных источников:
- Воспитание в детстве;
- Паттерны родовой системы.
Неадекватная самооценка и неуверенность в себе формируются, когда родители
- постоянно сравнивали ребёнка с другими не в пользу этого ребёнка;
- не хвалили за успехи;
- ругали без причины или без объяснений;
- не объясняли и не помогали что-то делать новое, а сразу требовали сделать правильно, а затем ругали за отсутствие должного качества;
- не давали ребёнку права на ошибку и тестирования реальности — то есть, сами всё за ребёнка делали. В этом случае не формируется собственный опыт успехов и поражений — и такой взрослый не уверен вообще ни в чём;
- не делали различий между личностью ребёнка и его действиями.
Например. Ребёнок разбил чашку, и родители могут отреагировать двумя способами:
Вариант 1. «Ах ты, негодник! Ах, ты безрукий! Ты зачем чашку разбил?».
В этом случае не делается разделение между личностью самого ребёнка и его отдельным поступком. Так записывается программа «ты + твой поступок = одно и тоже». Поэтому, если ты сделал какой-то не тот поступок, который не нравится маме, то ты весь плохой.
Вариант 2. «Миша, ты — такой хороший мальчик. Ты зачем разбил мамину чашку?».
В этом случае ребёнок хороший и любимый, а вот поступок плохой. Так записывается программа — «ты ≠ твой поступок; ты больше, чем твой поступок».
Если ребёнка воспитывали преимущественно по второму варианту, то такой взрослый может дифференцировать (делать разделение) — плохо получилось конкретное действие, но при этом я весь не стал из-за этого плохим!
Абсолютно любой человек может ошибиться, напортачить — но это всего лишь одно какое-то конкретное действие, один какой-то конкретный поступок!
В первом варианте вырастет человек с низкой самооценкой, во втором варианте — с адекватной самооценкой.
Уверенность — это не постоянное, не хроническое состояние! Это целый комплекс черт, навыков, умений, способов жить и общаться.
Уверенность в себе — это целый комплекс, который включает различные составляющие:
- и эмоциональное состояние,
- и телесные проявления (мимика, жесты, поза и т.д.),
- и убеждения,
- и реакцию на чужое поведение и так далее.
В основе неуверенности в себе лежит внутриличностный конфликт между этими составляющими, который подаёт двойные послания. Он проявляется в том, что человек говорит одно, а тело выдаёт совсем другое.
Например, стеснительный, робкий и неуверенный в себе человек, когда ему предлагают перекусить, истекая слюной от голода, говорит: «Спасибо, я сыт». Это наглядный пример внутреннего конфликта — между желанием удовлетворить потребность и страхом об этом заявить.
Я хочу! — Но боюсь реакции других.
Уверенность — это умение быть недвусмысленным в своих посланиях другим. А для этого нужно уметь управлять своими эмоциями и чувствами.
![](https://www.larisamelihova.com/wp-content/uploads/2021/09/image-3-e1630580404901.png)
Тема низкой самооценки и неуверенности в себе напрямую связана с двумя базовыми эмоциями — гневом и страхом. Если гнев и страх положить на две чаши весов, то у неуверенного человека перевешивает чаша со страхами, а у уверенного — с гневом.
Чтобы заявлять о своих потребностях — нужен хороший контакт с гневом. Каждая эмоция имеет свою функцию. Гнев помогает защищать свои границы и заявлять о своих потребностях.
Если с самого детства подавлять у ребёнка гнев, наказывать за провинности и постоянно чем-то пугать — из него вырастает неуверенный в себе человек с низкой самооценкой.
В моей семье, например, нельзя было повышать голос, нельзя было возмущаться и иметь свои потребности. Все мои протесты жестоко подавлялись. Таким образом, у меня страх занимал практически всю нишу, отведённую для эмоций, а контакта с гневом не было вообще.
Но кроме детской трагедии нам «прилетают» программы из семейной системы, из рода, в виде паттерна Агрессор/Жертва.
Хорошая новость заключается в том, что это всё — лишь программа. А программу можно переписать!
Неуверенность в себе и низкую самооценку почти всегда считают синонимами. Но с моей точки зрения, есть разница. Про низкую самооценку читайте ЗДЕСЬ.
С уважением, Лариса Мелихова